Льюис Хэмилтон стартовал с поула в Мехико и рассчитывал на победу, но борьба с напарником на первом круге привела к потере лидерства, и семикратный чемпион мира финишировал вторым позади Макса Ферстаппена. На пресс-конференции FIA Льюис подвёл итоги гонки и прокомментировал действия Шарля Леклера.
Вопрос: Льюис, вы блестяще провели квалификацию, но в гонке всё сложилось иначе. Насколько обидно, что вы не смогли победить и финишировали вторым?
Льюис Хэмилтон: Прежде всего, посмотрите на этих зрителей. Нужно отдать им должное. И, конечно, я поздравляю Кими и команду Mercedes. Здорово видеть, как они здесь празднуют свой успех. Стать самым молодым чемпионом мира в истории – это что-то невероятное. Я очень рад, что был свидетелем этого.
Да, день получился очень непростым. Думаю, у нас был темп, чтобы выиграть гонку, но сегодня не получилось. Мы обсудим произошедшее внутри команды и разберёмся, что можно сделать.
Вопрос: Расскажите, как всё произошло в борьбе с напарником на первом круге? Считаете ли вы, что пятисекундный штраф для Шарля был справедливым, или он должен был вернуть вам позицию?
Льюис Хэмилтон: На брифинге гонщиков мы обсуждали, что после выезда за пределы трассы в первом повороте нужно вернуть позицию. В прошлом году я получил десятисекундный штраф за точно такой же манёвр, какой он совершил сегодня.
В конечном итоге, именно из-за этого мы упустили победу. Думаю, нам определённо нужно серьёзно всё обсудить за закрытыми дверьми.
Но есть и хорошие новости – команда очень много работает, и нам удалось заметно улучшить машину. Здорово, что мы теперь на этих позициях. В этот уик-энд мы выступали со старым двигателем, так что результат и заработанные очки можно считать хорошими. Жаль, что не удалось победить, но бывают и победы, и поражения.
Вопрос: С такой машиной вы ещё можете выиграть несколько гонок до конца сезона?
Льюис Хэмилтон: Да, попробуем побороться с Кими! Надеюсь, в следующем году у нас будет двигатель, который позволит действительно бороться с Mercedes. В этом сезоне они на большинстве прямых просто уезжали от нас. Если удастся решить эту проблему и сохранить всё лучшее от этой машины, то мы сможем добиться очень многого. Я полностью доверяю команде.
Вопрос: Если коротко подвести итог, как прошла ваша гонка?
Льюис Хэмилтон: Да, гонка получилась очень насыщенной. Я хорошо стартовал, и, думаю, у нас была машина, которая позволяла победить. Более того, мы вполне могли занять первое и второе места, но из-за событий в двух первых поворотах всё пошло не так. Дальше, по сути, мы сами отдали победу Максу. Ему оставалось только удерживать нас позади, и он хорошо справился.
Жаль, что мы потеряли важные очки для команды. Нам нужно обсудить произошедшее внутри команды.
Вопрос: В этом году у вас было несколько очень напряжённых дуэлей с напарником. Насколько борьба с Шарлем отличается от борьбы с другими напарниками?
Льюис Хэмилтон: Думаю, главное, что нужно помнить, и, возможно, с возрастом это начинаешь лучше понимать, что каждое твоё решение за рулём влияет на всех людей, которые работают за кулисами на благо команды. Работа в команде – часть наших обязанностей и часть нашего контракта. Мы должны действовать сообща, и сегодня у нас была прекрасная возможность это показать.
Жаль, что всё закончилось именно так. И подобное будет повторяться, пока не будут приняты меры, и мы не проведём действительно серьёзный разговор. В дальнейшем такого происходить не должно.
Конечно, в прошлом у меня тоже были напряжённые отношения с напарниками. Не всегда удаётся всё сделать правильно, но в девяти случаях из десяти мы должны справляться. Думаю, нам нужно обсудить всё внутри команды. Разговор будет непростым, но он необходим.
Вопрос: Льюис, возвращаясь к первому кругу и вашей борьбе с Шарлем. Вы заранее обсуждали, что он должен будет вернуть позицию, если окажется за пределами трассы? Насколько вы удивились, когда он не сбросил скорость и не пропустил вас обратно?
Льюис Хэмилтон: Удивился ли я? К тому моменту это уже не имело значения. Мы пропустили Макса, и после этого гонка для нас была фактически проиграна.
На этой трассе очень сложно обгонять. Думаю, FIA нужно что-то с этим делать. Ситуация довольно неприятная, и, уверен, остальные со мной согласятся. В конце прямой срабатывает ограничение, не позволяющее разогнаться выше определённой скорости, поэтому все просто едут друг за другом.
Это нелепо! Когда ты находишься позади соперника и за счёт воздушного мешка получаешь небольшое преимущество в мощности, у тебя должна быть возможность использовать его, чтобы попробовать обогнать. Двигатель способен разгоняться быстрее, но эти ограничения не позволяют этого сделать.
Думаю, это самые неудачные настройки силовой установки, которые когда-либо были в нашем спорте. Они не способствуют борьбе на трассе. К сожалению, сегодня мы увидели не так много обгонов именно по этой причине.
На старте было интересно, но на этой трассе очень сложно держаться за соперником из-за разреженного воздуха и низкой прижимной силы. Я сделал всё, чтобы приблизиться к Максу, но, возможно, нужно что-то менять в последнем повороте – сейчас он очень быстрый.
Не знаю, может быть, стоит внести изменения в конфигурацию трассы, чтобы улучшить борьбу. Но пока все сталкиваются с такими ограничениями, возможностей для обгонов становится ещё меньше.
Вопрос: Льюис, после Гран При Италии вы призвали команду письменно закрепить правила борьбы между напарниками. Вас разочаровывает, что теперь вы снова вынуждены просить о подобном разговоре? Нужно ли было провести его раньше и что должно измениться сейчас?
Льюис Хэмилтон: Я пока не знаю, что именно нужно сделать, и как мы будем обсуждать это после возвращения на базу. Пока я не решил, как хочу подойти к этому разговору.
Конечно, сегодня я очень зол. Но я рад за Кими, который только что стал чемпионом мира, поэтому у меня смешанные чувства. С одной стороны, я счастлив, с другой меня всё это действительно бесит.
Мы потеряли важные очки, хотя вся команда проделала огромную работу. Сегодня мы вполне могли оформить дубль, и у нас был для этого нужный темп. К четвёртому повороту мы подходили на первом и втором местах. Если бы мы просто сохранили позиции, то в гонке всё могло сложиться иначе.
Но когда твой напарник действует против тебя, и в результате вы теряете позиции, это очень тяжело. Обсудим всё внутри команды. Не думаю, что сейчас стоит говорить об этом слишком много. У нас нет чётких правил борьбы между напарниками. Не знаю, изменит ли их появление что-то в поведении Шарля. Нам нужно разобраться, как поступить дальше, но совершенно точно что-то должно измениться.
Вопрос: Льюис, вам доводилось жёстко бороться со многими напарниками ещё во времена McLaren, а затем с Нико Росбергом в Mercedes, что приводило к непростым разговорам с Тото Вольффом. Отличаются ли нынешние беседы с командой от тех, что у вас были в прошлом? Стало ли сложнее находить решения, которые вас устраивают?
Льюис Хэмилтон: В Mercedes у меня были ситуации гораздо хуже. Случались действительно очень неприятные моменты. Но нет, я не вижу каких-то принципиальных отличий. Думаю, в Mercedes такие ситуации хорошо урегулировали, и Фредерик Вассёр делает всё, что может.
Перед гонкой он подошёл ко мне поговорить. Мне показалось, он нервничал. Думаю, он просто хотел, чтобы у нас всё прошло хорошо. Конечно, он хочет, чтобы оба гонщика выступали успешно.
Со своей стороны скажу – если я атакую, находясь позади, то беру на себя весь риск. Если в итоге команда теряет позиции, то и мне это объяснять, ведь это затрагивает очень многих людей. Но сегодня всё было наоборот – я лидировал, и этот риск был совершенно не нужен.
Как я уже сказал, мы вполне могли оформить дубль. Это стало бы огромным достижением для команды и всех сотрудников на базе, которые так много работали, чтобы подготовить обновления.
Не знаю, какие меры будут приняты. До сих пор, по сути, ничего не изменилось. Посмотрим.
Вопрос: Ранее вы предположили, что при принятии решения Шарлем могла сыграть роль нехватка опыта. Считаете ли вы, что это действительно повлияло на ситуацию? Он ещё не выступал за команду, борющуюся за титул, и, возможно, не привык сражаться с напарником за победы. Когда речь идёт о борьбе за пятое или шестое место, всё немного иначе. Но когда на кону дубль, возможно, нужен другой подход?
Льюис Хэмилтон: Ещё до того, как я присоединился к Ferrari, когда я выступал за Mercedes, я наблюдал за тем, как Шарль и Карлос Сайнс боролись друг с другом. Они боролись настолько ожесточённо, что соперник, ехавший впереди, просто уезжал от них, хотя у них самих был темп, чтобы одержать победу. Одно дело, когда такая борьба идёт за четвёртое или пятое место, но совсем другое, когда речь о первой и второй позициях, и из-за этой борьбы упускается победа.
Мы говорим о серьёзных вещах. Этому парню 28 лет, так что дело не в возрасте. Думаю, дело в психологии. Такое ощущение, что у него подход «Сделай или умри. Или я побеждаю, или никто из нас не побеждает». Но так быть не должно. Наша цель – финишировать первым и вторым.
Вспомните Сильверстоун – я мог пойти на отчаянный манёвр в стиле камикадзе, выбить его с трассы и лишить команду победы, но вместо этого мы оформили дубль. Кажется, мы тогда финишировали первым и вторым? Или первым и третьим? Впрочем, неважно.
Я рад, что команда пережила такой опыт, но надеюсь, что в будущем мы придём к более конструктивному рабочему взаимодействию.
