Пресс-конференция Фернандо Алонсо в Лас Вегасе почти полностью была посвящена его планам вновь, как и в 2020 году, выступить в ралли-рейде Дакар, которые были подтверждены два дня назад.
Ему предстоит пилотировать гоночный внедорожник Aston Martin Dreadnought категории T1+, созданный британской компанией Prodrive на базе Dacia Sandrider – машины, дебютировавшей в Дакаре в январе 2026-го.
Когда Алонсо напомнили, что ещё недавно он категорически отрицал такие планы и говорил, что совмещать Формулу 1 с участием в легендарном супермарафоне практически невозможно, он нашёл, что ответить журналистам.
Фернандо Алонсо: «Я по-прежнему так считаю и не изменил своего мнения. Полагаю, Дакар-2027 станет для меня намного более серьёзным испытанием, чем ралли-рейд 2020 года. Тогда у меня было шесть месяцев на подготовку, я провёл тесты, проходившие в разных странах – Катаре, Намибии, Марокко, а также в Польше. Программа была очень интенсивной – помнится, ещё я выступил в двух ралли-рейдах в Саудовской Аравии.
А сейчас у меня было лишь два дня тестов в Марокко, после чего предстоит выйти на старт! Это совсем мало, но в итоге вместе с командой, с Prodrive и Aston Martin, мы решили, что для всех это будет хороший опыт. Прежде всего для меня, ведь не секрет, что я хочу когда-нибудь выиграть Дакар.
На этот раз победить будет невозможно, но я считаю это инвестицией в будущее: я наберу километраж и смогу лучше изучить эту дисциплину. Думаю, в этом есть смысл, ведь в январе дел, связанных с Формулой 1, будет не очень много, а эту машину интересно пилотировать, так что мне предстоит получить опыт, полезный как в профессиональном плане, так и лично для меня.
Гонщики, которые соревнуются в ралли-рейдах, занимаются этим всю жизнь, он выросли в мире ралли и буквально сжились с техникой такого типа – им детально известно, как надо «читать» разные виды местности, изменения условий освещения и т.д. В Дакаре есть множество аспектов, совершенно непохожих на то, с чем мы имеем дело в Ф1, в кольцевых гонках, где мы проезжаем круг за кругом, и на каждом из них делаем одно и то же. При этом в процессе пилотирования ты стараешься действовать всё более идеально.
А в ралли-рейдах всё строится на импровизации – импровизировать приходится постоянно, потому что ты не знаешь, что произойдёт буквально на следующем метре трассы. Одной из моих сильных сторон всегда была способность быстро адаптироваться, но здесь надо выйти на совершенно иной уровень. Помню, что в первые дни тестов в процессе подготовки к Дакару к ночи у меня разболелась голова – полагаю, это из-за того максимального уровня концентрации, который требуется в ралли-рейдах.
Я к такому не привык. Там в течение четырёх или пяти часов нельзя даже моргать. А в Формуле 1, на контрасте с этим, мы корректируем настройки переключателями на руле, общаемся с инженером по радио, смотрим на экраны, расположенные вдоль трассы и следим за ходом гонки. Здесь ты как бы находишься в замкнутом пространстве…
Дакар – это путь в неизведанное, там на каждом метре происходит что-то новое, поэтому меня ждут более серьёзные трудности, чем любого гонщика, который тренировался и осваивал именно эту дисциплину».
Когда Алонсо спросили о шансах на успех, он честно признал: «Я не знаю… Один из моих напарников – Себастьен Лёб, а он, пожалуй, лучший раллийный гонщик в истории. И он участвовал в Дакаре девять или десять раз, но до сих пор так и не выиграл этот ралли-рейд. Я понимаю все сложности, но именно поэтому хочу принять этот сложнейший вызов».





























